В начале ХХ века Амур вообще и Благовещенск в частности были местом, куда ехали не только «за землей», но и на заработки. 
 
Три рубля в день!

Работы было много, а заработки зависели от самых разных обстоятельств. Больше других получали, конечно, квалифицированные мастера. Например, на заводе Чепурина при 8-часовом рабочем дне (обычный рабочий день  - 10-11 часов) зарплата хорошего литейщика или токаря по металлу доходила до 10 рублей в день (почти как у главврача городской больницы). Кузнецы могли получать до четырех, плотники - до трех, приисковые рабочие до двух с половиной рублей в день (для сравнения: обед из четырех блюд в лучшем ресторане Благовещенска стоил 75 копеек). 

Заработок зависел от порядочности или непорядочности нанимателя: обманывали рабочих очень часто. В сентябре 1906 года газета «Эхо» описывала в общем-то рядовой случай: «В город явилось около 200 рабочих с прииска товарищества «Рудник». У них на руках ордеров на сумму около 6 000 рублей. Товарищество с расчетом не спешит. В дело вмешивается, как мы слышали, господин полицмейстер, имеющий в виду вступить от лица рабочих в переговоры с распорядителем товарищества». Знакомая многим «задержка зарплаты» практиковалась и сто лет назад. 

Заработки зависели от экономической и даже от политической обстановки в регионе. В 1909 году, когда в Благовещенске закрыли порто-франко (право на беспошлинный ввоз и вывоз товаров), торговля, промышленность, транспортные перевозки - все пришло в упадок, работы не стало. В эти же годы в Китае произошла революция, за ней - гражданская война, разруха, и десятки тысяч китайцев хлынули «на Амур». Безработица была ужасающая: на одну вакансию претендовало по 50-70 человек! «Спрос на труд слесарей такой незначительный, что они идут на обычную поденную работу за 1 рубль 20 копеек», - сообщает местная газета. Рубль двадцать в день в хорошие времена платили чернорабочему. 

Если приехавшие на заработки не успевали вернуться домой с последним пароходом, они застревали в городе до весны, проедали заработанное и пополняли ряды безработных. Когда ехали «за длинным рублем», они не предполагали, что зимой из этих краев почти невозможно выбраться. «Хоть три года скачи, ни до какого государства, кроме Китая, который сам высылает к нам голодных, не доедешь», - горько шутил один из обывателей того времени. 
 
На заработки

Когда началось строительство Амурской железной дороги десятки тысяч рабочих из Европейской России поехали «на Амурку». 9 марта 1911 года газета «Эхо» писала: «По слухам, управление постройки средней части Амурской железной дороги выписало для работы около 15 000 рабочих, еще около 4 000 человек наняли подрядчики. По данным Иркутского регистрационного пункта, на постройку дороги с 15 апреля по 5 июня проследовало нанятых и самовольцев около 35 000 человек». В 1912 году Главное управление землеустройства и земледелия планировало привлечь, то есть привезти на Дальний Восток 106 000 человек: на строительство Амурской, Забайкальской, Уссурийской железных дорог, для военно-инженерного ведомства, на лесные заготовки, на рыбные промыслы и... 

На восток ехали охотно: бежали от неурожая и голода, надеялись на большие заработки. Заметка из газеты (март, 1911 год): «Из Слюдянки телеграфируют, что 23 февраля проследовала партия рабочих около 700 человек на постройку Амурской железной дороги. Рабочие ведут себя крайне непринужденно, пьянствуют, забирают продукты в буфетах, с лотков, в лавочках при станциях, денег не платят, буянят. По линии дана депеша с предложением принять меры предосторожности». Через шесть месяцев та же газета сообщает: «В Сретенске около 1 500 рабочих. Едут с Амурской железной дороги. Бедствуют страшно. Одни без средств, половина - без паспортов, которые забрали подрядчики. Причины бегства: низкие заработки, дороговизна жизненных припасов. В пути еще сотни обратных». 

Обманывали тех «вахтовиков», еще когда нанимали на работы. К примеру, в Хабаровске обещают плату по рублю шестьдесят копеек в день, на месте железнодорожное начальство платит, как корейцам, - по 70-80 копеек. Корейцы соглашались на любые условия, потому что им некуда было возвращаться: на родине каждого, кто самовольно выезжал за границу, ждала смертная казнь. 

Когда вербовали рабочих в Европейской России, обещали, что на строительстве железной дороги каждый заработает по 100-150 рублей за лето. На деле выходило по 45-50 рублей. Это при сверхурочной работе, на своих харчах, которые процентов на 30 дороже, чем обычно. Кстати, на строительство Амурской ж/д за заработками ехали турки, греки, австрийцы, немцы. Прямо как сегодня на большие амурские стройки. 
 
Пролетарии, объединяйтесь!

Приезжим (их в Благовещенске называли «навознЫми» от слова «везти») в чужом краю было горько, а нанимателям они были выгодны: заработали и уехали, совсем как сейчас вахтовики. Местным рабочим было намного легче: климат привычный, обстановка знакомая, работу найти можно, если что - профсоюз поможет. Да, в начале ХХ века в Благовещенске свои профессиональные организации имели печатники, плотники, машинисты и их помощники, рабочие по обработке металла, командиры пароходов… Деятельность этих обществ была весьма разнообразна.

Служащие и мастеровые машиностроительного завода С.С. Шадрина организовали «культурный кружок», который проводил литературные вечера, ставил спектакли. Доход от мероприятий тратили на библиотеку кружка.

Общество работников печатного дела (типографские) наняло юриста для переговоров с хозяевами типографий «по различным вопросам труда, зарплаты»; договорилось с несколькими докторами о скидках для своих членов, а с владельцем электротеатра «Мираж» - на благотворительные киносеансы в пользу общества; организовало чтение лекций, например, по международному праву! 

Общество машинистов и их помощников открыло в Благовещенске слесарную мастерскую (машинисты вложились в «уставной капитал» по десять, помощники - по пять рублей). 

Общество плотников имело кассу взаимопомощи, помогало членам находить работу, ставило спектакли для пополнения бюджета. 
 
Забастовки

Требования, которые выставляли рабочие, очень часто они «поддерживали» забастовками. Бастовали, конечно, самые организованные. Впереди других по организованности, последовательности действий и упорству были печатники. В 1910 году они провели анкетирование печатников об условиях труда, на основе полученных данных выработали правила внутреннего распорядка и предъявили их хозяевам сразу всех пяти городских типографий! В правилах, в частности, были такие пункты: чтобы хозяева были вежливыми; заболевший имеет право на жалование во время болезни; сверхурочные только по особому соглашению за особое вознаграждение, а не как обязанность; чистые туалеты и, по возможности, теплые. Переговоры с хозяевами длились почти девять месяцев и в конце концов были приняты, правда, частично.

В мае 1909 года существенную забастовку организовали рабочие городской бойни - побойщики. Они требовали сократить длительность рабочего дня с 12 до 9 часов, так как работа начинается, когда еще темно, и бойцы часто ранятся (за день на городской бойне забивали 30-40 голов скота, по воскресеньям - 80). А еще они требовали со всех хозяев скота брать одинаковую плату за побойку - 80 копеек с головы скота (постоянные клиенты платили по 60 копеек, те, кто приводил скот на убой редко - по 80 копеек). Как раз в начале забастовки один скотопромышленник пригнал 150 голов и не согласился платить по 80 копеек. Побойщики заявили: если не дадите эту цену, завтра они будут просить уже большую. Делать нечего, согласился. 

Бойня принадлежала городу, приносила значительную прибыль, так что забастовка оказалась эффективной. Требования побойщиков выполнили. 
То и дело бастовали рабочие золотых приисков, строители на протяжении Амурской железной дороги… 
 
Пролетарский Первомай!

Благовещенский «Торгово-промышленный листок объявлений» 3 мая 1908 года сообщил: «Рабочий праздник 1 мая прошел относительно спокойно. Всюду были пешие и конные патрули. На берегу Зеи расположилась полусотня казаков лагерем. Около бойни - тоже. Порядок нигде нарушен не был. Даже пьяных было меньше, чем, например, в родительский день». 

Накануне Первомая 1909 года все городские газеты предупредили читателей и подписчиков: «1 мая рабочий праздник. Газеты не выйдут». Был ли этот праздник нерабочим днем на других предприятиях, или только в типографиях, сведений нет.
 
Страницу подготовила Валентина КОБЗАРЬ.
Использованы ресурсы Амурской областной научной библиотеки.