В начале ХХ века в Благовещенске проживало около 40 000 человек. Горожане держали без малого четыре тысячи лошадей: для себя и для заработка. За каждую лошадь владельцы платили ежегодный взнос в пользу города, а легковые извозчики получали особые номера, которые крепили на свои коляски. 

Все извозчики делились на ломовых - тех, что перевозили грузы, и легковых, которые возили пассажиров. Извозчиками руководили старосты, которых они сами выбирали из числа наиболее уважаемых коллег. Например, в 1910 году старостами легковых извозчиков трех городских участков были Песков, Димик и Лазарев.
 
Ломовые

Ломовых извозчиков в Благовещенске числилось около 1000. Они делились на несколько категорий и занимались разными видами извоза. 
Самым выгодным делом была доставка грузов. По ценам 1910 года за перевозку на 50 верст платили 1 рубль с пуда, за 100 верст - 1 рубль 30 копеек с пуда. Цены колебались, но работа была всегда. Для почтовых троек была установлена норма - 30 пудов груза, а частники возили по своему усмотрению, ориентируясь на силу и выносливость своих лошадей.

Ломовые извозчики были первыми, кто устраивал на улицах Благовещенска пробки. «3 августа по Благовещенской (Пионерская) сплошной цепью двигалась вереница около десяти груженых бревнами телег, - сообщает газета «Эхо». - Экипажам, на пути которых попался этот караван, приходилось останавливаться и долго ждать, когда проезд очистится». 

Десять телег - это мелочи! Вот когда крестьяне начинали привозить зерно… «Буяновская мельница ежедневно принимает 45000 пудов зерна, - сообщает одна из благовещенских газет. - На углу Казачьей (Пионерская) и Большой (Ленина) каждый день собирается не менее 1000 подвод (!). Они запруживают Большую улицу на громадном протяжении. Невозможно ни проехать, ни пройти. Крик, ругань и костры, угрожающие пожарами».
Горожане часто жаловались через газеты на грубость ломовых извозчиков. И не только на грубость. 

Отдельную группу ломовых извозчиков составляли водовозы. Они были хорошо организованы и вели себя как монополисты. «В отношении водоснабжения обыватель находится всецело в руках водовозов, - писал корреспондент газеты «Благовещенск». - Заблагорассудится им, будут хозяева с водой, не заблагорассудится или просто запьет развозчик, обыватель сидит без воды. Нам известны случаи, когда воду по два дня не возили, а в колодцах вода часто непригодна для приготовления кушаний или чая. Среди водовозов почему-то установилось правило: никому, кроме тех домов, куда водовоз возит воду, не давать ни ведра, пусть даже и за повышенную цену. Видно, сговорились».

В санитарном отношении вода, которую развозили по городу, была просто опасна. Ее брали из Амура, причем не с глубины: заводили лошадь с повозкой в реку и зачерпывали воду рядом с колесами и копытами. В сыром виде такую воду нельзя было пить ни в коем случае.

Ассенизаторы тоже относились к ломовым извозчикам. Этим промыслом занимались в основном китайцы. Они чистили отхожие места и вы-гребные ямы и вывозили отходы за город в деревянных просмоленных коробах. 

Так же, как и водовозы, ассенизаторы диктовали горожанам свои условия. Вот что писала газета «Эхо» в марте 1909 года: «Пользуясь близостью Пасхи, китайские ассенизаторы в несколько раз повысили плату за очистку помойных ям. Уступки с назначенной цены против обыкновения в этом году они не делают».

Зимой, по льду Амура, китайцы довольно часто увозили нечистоты в Сахалян. Говорят, там их использовали для удобрения полей и огородов.

Ассенизаторов в городе было немного: чуть больше сотни. Несколько раз городское самоуправление поднимало вопрос о том, чтобы организовать городской ассенизационный обоз. Он мог бы обслуживать все население города, «поставил бы на нужную высоту одно из важнейших орудий санитарии». Но дальше разговоров дело не пошло. 
 
Легковые

В городе работало около 500 легковых извозчиков. Стоянки пролеток были установлены на углах улиц Большой и Никольской (Комсомольская), Большой и Семинарской (Политехническая), Большой и Корсаковской (Лазо), Графской (Калинина) и Зейской и т. д.

В 1909 году городская дума приняла обязательное постановление с тем, чтобы облагородить внешний вид легковых извозчиков. Последним предписывалось иметь однообразные (одинаковые для всех) кучерские кафтаны, номера экипажей писать на кузовах масляными красками, а также содействовать чинам полиции при задержании преступников. От имени и по поручению извозчиков старосты Н. Цитрин, П. Половков и А. Комиссаров обратились в думу с просьбой пересмотреть это постановление, так как оно предполагает лишние расходы (покупка кафтанов), обесценивает экипажи «при ежегодном малевании номеров». Последний пункт - о содействии полиции - извозчики просили удалить без разъяснения причин. 

Старосты извозчиков получили ответ через неделю и был он таким: «Прошение, изложенное в виде обсуждения действий городской думы, не может быть подано вообще». Других следов переписки депутатов с извозчиками найти не удалось. 

В 1916 году легковые извозчики подали в городскую думу прошение о том, чтобы им разрешили в лунные ночи ездить, не зажигая фонарей: второй год шла война, керосин был в дефиците и постоянно дорожал. Вопрос рассматривался на самом высоком уровне и был решен положительно: генерал-губернатор разрешил при полнолунии ездить извозчикам без фонарей. 

У горожан и к легковым извозчикам всегда было много претензий - ругаются, бывают пьяными, неопрятными, не убирают навоз на стоянках. Но, в отличие от ломовых, легковые сами иногда наводили порядок в своих рядах. «Извозчики Никольской биржи, возмущенные неблагопристойным поведением (хулиганские выходки, сквернословие) своего товарища (№204) вынуждены были заявить городскому приставу о его поведении. У извозчика пока снят номер», - писала газета «Эхо». Снятием номеров городские приставы наказывали за картежную игру, за то, что посылали в качестве кучеров лиц, не достигших 18-летнего возраста, за пьянку на рабочем месте. 

***

О барских экипажах  и других
 
Иметь собственную лошадь сто лет назад все равно что сегодня - автомобиль: по многим причинам необходимо, но дорого, хлопотно, налоги, цены на «топливо»… О хлопотах и заботах владельцев коней рассказывают заметки и объявления старых газет.

Сено. 10 марта: «Воз сена стоит от 3 до 6 рублей» (дневной заработок землекопа 1 рубль 20 копеек).

Налоги. 13 марта: «Городская управа доводит до сведения, что сбор с лошадей должен быть внесен в кассу управы к 1 апреля. Не внес-шим будет предъявлен штраф в 25% от суммы недоимки».

Ковка. 20 марта: «Вновь открыт манеж для ковки лошадей ветеринарного врача Любимова по улице Вознесенской (Красноармейская) между Никольской (Мухина) и Графской (Калинина)». Подковать одну лошадь стоило 50 копеек.

Выпас. 15 мая: «На остров Каникурган (в пяти верстах от города) принимаются на пастбище лошади ценою 2 рубля в месяц. На все лето - 10 рублей».

Модели и аксессуары. «Подаются два зимних возка. Один из них - семейный». «Продается новое дамское седло. Срочно. По случаю». «Продаются дешево два экипажа барских на никелированном ходу». 
Тюнинг. «Японский маляр Ямагучи примет в окраску американки и другие экипажи. Дешевая и чистая работа. Улица Зейская между Мастерской (Шевченко) и Благовещенской (Пионерская)». 

Сезонные проблемы. 10 ноября: «Установившийся санный путь, который является вообще редкостью для Благовещенска, захватил многих врасплох. В городе ощущается недостаток санок и кошевок». 19 ноября: «Некто Н. безуспешно продавал в прошлом году пару саней за 50 и 100 рублей. В этом году благодаря значительному снегу он наконец-то продал свои сани за 125 и 220 рублей». 

«Механизм». «16 декабря в гарнизонном собрании ветеринарный врач 2-й Восточно-Сибирской артиллерийской бригады Н.А. Дехтерев прочитал лекцию на тему «Зубы лошади». Присутствовали начальники отдельных частей, офицеры, чиновники гарнизона. Сначала лектор рассказал о жизни и возникновении зубов, а также о значении их для человека, домашних животных, особенно - лошади. Не имевшие никакого представления о зубах лошади получили полное и ясное представление об этом предмете». 
 
Подготовила Валентина КОБЗАРЬ.