Пятый год студенты ветеринарного факультета ДальГАУ проходят производственную практику на Чукотке. Нынешним летом семь человек - три девушки и четверо парней - снова отправились в этот северный регион. Среди них была и  Татьяна Швачка, которая уехала  дальше всех, почти на берег Северного Ледовитого океана.
 
Только вертолётом можно долететь

Для 20-летней студентки это было первое в жизни   дальнее самостоятельное путешествие: из Благовещенска на поезде до Хабаровска, оттуда 4 часа самолетом до Анадыря, а там… она застряла на целых две недели. Ей надо было попасть в село Рыркайпий на северо-востоке автономного округа, куда дважды в неделю летают вертолеты, но билетов на рейсы не было. Поэтому только через полмесяца Татьяна вертолетом - два часа лета - добралась до города Эгвекино, потом снова по воздуху, еще два часа, до конечного пункта. В Рыркайпии находится оленеводческий совхоз «Пионер» и живет Виктор Онюховский, к которому Татьяна и летела.

С Виктором она познакомилась три года назад, он был командиром студенческого отряда «Север» и первым из тех, кто отправился на Чукотку на практику. После окончания ДальГАУ молодой ветеринар уехал работать в оленеводческий совхоз и сегодня является директором филиала хозяйства. Татьяна ехала в Рыркайпий целенаправленно, отдельно от всей группы; Виктор все три месяца пребывания девушки на Чукотке помогал ей во всем, поэтому она чувствовала себя уверенно. Для нее это была возможность пройти практику, побывать в незнакомых краях и неплохо заработать, тем более что дорожные расходы брало на себя оленеводческое хозяйство.

- В Рыркайпии живет пятьсот человек, в основном русские, они работают в магазине, администрации, конторе совхоза, клубе, средней школе. Есть дома со всеми коммунальными удобствами, правда, стоят и брошенные разрушенные пятиэтажки. Проводного интернета нет, только Wi-Fi, но слабый, у всех сотовые  телефоны, а в совхозе - спутниковая связь. А в общем, в селе все условия для жизни есть. Другое дело в тундре, куда мы поехали на корализацию, - рассказывает Татьяна.

Корализация - это сортировка оленей для зоотехнических и ветеринарных мероприятий. Всего в совхозе 12 тысяч оленей, а в бригаде, куда направились Татьяна и Виктор, было около 3 тысяч голов. Их пасли несколько семей чукчей, но до них  надо было еще добраться. Из села на вездеходе по бездорожью Татьяна ехала… около полутора суток до перевалочной базы, а оттуда еще почти сутки. В бригаде она месяц жила в яранге вместе с Виктором и  чукотской семьей.
 
Маленькие олени и сухая картошка

- Когда мы приехали, нас стали угощать, а я в дороге поела, поэтому  отказалась, чем обидела хозяев - там так  не принято. В самой яранге темновато, постоянно стоит дым от костра, на котором готовят еду и кипятят воду. Столов нет, так как они неудобны при кочевой жизни, поэтому посуда стоит возле костра. Ели мы тоже на полу, к чему быстро привыкли. Спали на оленьих шкурах, без простыней, а баней служил нам передвижной домик, туда мы носили горячую воду из яранги, - делится впечатлениями Татьяна.

Мужчины в бригаде пасут оленей, женщины занимаются хозяйством: присматривают за детьми, готовят еду, стирают. Стоянки чукчи выбирают обычно возле реки, откуда берут воду - она там везде настолько чистая, что её можно без опасения пить. А зимой для приготовления пищи и стирки растапливают снег, который тоже кристально-чистый.  

А вот олени Татьяну  несколько разочаровали. По представлениям амурчанки, северные олени должны быть крупными животными, а совхозные оказались мелкими, метр шестьдесят в холке, и очень пугливыми  - подойти и погладить рогатого было не так-то просто. Во время вакцинации один из оленей испугался, запрыгнул на вездеход и перелетел через голову Татьяны. Вот тогда ей стало немного не по себе, ведь животное могло ударить копытом. 

В свободное от работы время Татьяна вместе с Тоней, хозяйкой яранги, готовила еду и занималась хозяйственными делами. Вместо хлеба женщины пекли пресные лепешки, варили оленину, рисовую и гречневую каши, иногда добавляя в них тушенку. Продукты в оленеводческую бригаду доставлялись  вездеходом по предварительным заявкам: «Доширак», мука, крупа, сахар, конфеты, варенье, консервы. В тундре Татьяна впервые увидела  сушеные картофель и лук, а также очищенные клубни в железных банках, которые сразу можно варить - этакие картофельные консервы. Продукты выдавали под запись, потом их стоимость высчитывалась из зарплаты, обычно в месяц на питание семьи уходило 5-6 тысяч рублей.  

Чукчи, пасущие оленей, в село выезжают только в  отпуске, остальное время они проводят в тундре,  весной и осенью  кочуя на новые пастбища. С ними переезжают дети. С родителями они живут до семи лет, а когда подходит время идти в школу, за ними прилетает вертолет и отвозит в село. Весь год они учатся, живут у родственников или в интернате, а на лето возвращаются в стойбище. 

Второй месяц пребывания на Чукотке Татьяна провела на перевалочной базе, вместе с Виктором выезжая на одну-две недели в другие оленеводческие бригады. Когда она только прилетела в Рыркайпий, ей пришлось надеть куртку - 8 августа там повалил снег. А когда через две недели выехала в тундру, там было плюс 20 градусов.   
 
О ночном солнце и ценах

Поскольку Татьяна приехала на Чукотку летом, то попала в полярный день, когда ночью лишь легкие сумерки. В яранге окон нет, темно, поэтому засыпалось легко, зато в обычной квартире при круглосуточном дневном свете девушке уснуть было тяжело. В Рыркайпии она жила до конца октября, поэтому немного узнала о местной жизни.  

На 500 человек в селе приходится три магазина. Цены в них в несколько раз выше, чем в Приамурье: хлеб, исключительно белый, - 50 рублей, литр молока - около 200 рублей, десяток яиц - 150 рублей. Большого дефицита не чувствовалось, но все живут от завоза до завоза товаров, которые доставляют по морю  кораблями или большегрузами, пробивающими себе путь по сопкам, речушкам и тундре.

Когда она приехала, ей с Виктором выдали по маленькому пакетику картошки, а также немного капусты и лука. Вообще со свежими овощами на Чукотке большая проблема. Если в село завозили огурцы, то они стоили 900 рублей за килограмм, помидоры - еще дороже, и не всегда хорошего качества.

Правда, зарплаты у работающих в  Рыркайпии неплохие, по крайней мере в совхозе. Чукчи дополнительно получают от государства выплаты как коренные народы Севера - примерно  15-20 тысяч рублей. 
 
«Хочу вернуться»

- Меня предупреждали, что будет нелегко, и я была готова к трудностям. В детстве я жила в частном доме, где тоже нет удобств, поэтому провести месяц в яранге сложно не  было. Мне на Чукотке понравилось, и я хочу туда вернуться. Там живет мой любимый человек, есть жилье, работа. Мне не нужны развлечения, я не хожу по кафе и клубам и вообще неприхотлива. Загадывать ничего не хочу, но на следующий год снова попрошусь на практику в тундру. Не мне одной там понравилось: все, кто ездил туда, хотят вернуться - там душой отдыхаешь.

Анна АЗАНОВА.