Любимая многими поговорка «Новое - это хорошо забытое старое» сейчас как никогда актуальна для Благовещенска. Повсюду можно увидеть рекламные вывески, оформленные на старый манер, или услышать о востребованности давно забытых профессий… Обращаться к прошлому стало действительно модным, подтверждение этому мы нашли, прогулявшись по городу.
 
Выходим на главную улицу и сразу видим «Кофейню на Большой» - первый отсыл к прошлому. Ведь своё нынешнее название (улица Ленина) она получила только в 1924 году после смерти вождя мирового пролетариата. А до того момента с 1859 года называлась Большой. Очевидно, по аналогии была названа и «Пиццерия на Графской» (в прошлом улица Графская, ныне - Калинина). 

Двигаемся дальше, смотрим на вывески и понимаем, что особенную любовь некоторые предприниматели питают к символам старославянского языка, я сейчас о знаменитом «Ъ» («ер»). Для справки: «Ъ» на конце некоторых слов писался вплоть до 1918 года, затем провели реформу и упразднили за ненадобностью. Поэтому сейчас бизнесмены называют свои заведения на дореволюционный манер, намекая посетителям на его давнюю историю, на приверженность традициям, на высокое качество. То есть был ресторан «Смирнов» - названный в честь себя любимого, а добавился на конце «ер» - и получился ресторан с вековой традицией «СмирновЪ», якобы марка, созданная прадедом. 

- При использовании такого маркетингового хода владельцу предприятия даже не нужно распространять какую-либо легенду о древности марки, потребитель всё додумает сам. Устаревшие топонимы и старые символы на вывесках, рекламных щитах, этикетках заставляют клиента поверить, что качество проверено годами. Такой трюк до сих пор работает, хотя стал встречаться реже, сейчас всех больше интересует эпоха СССР, - говорит маркетолог Ульяна Демура.

Мы быстро находим реальное подтверждение словам маркетолога, ведь в городе появилась масса учреждений, названных «по-советски». Так, одно из заведений общепита, по интерьеру и меню вполне подходящее на роль кафе, назвали «Столовая №1». Другое питейное обозначили как «рюмочная». Вместо пабов и баров всё чаще слышим «пельменная», «закусочная», а то и вовсе «кабак». Вместо кофейни - кондитерский дом или пекарня. Владельцы магазинов тоже не отстают от модных тенденций и от разных бутиков, минимаркетов переходят на советские винно-водочные, булочные, пивоварни, а также в наименованиях используют нумерацию - например, «Магазин №35». 

- Эти названия просты и понятны русскому человеку, к тому же у многих вызывают ностальгию по былым временам и желание, пусть ненадолго, вернуться туда, - отмечает маркетолог Ульяна Демура. - Ну разве при виде булочной мы не вспомним знаменитую фразу из советского фильма: «Наши люди в булочную на такси не ездят!»?! И разве мы пройдем мимо «Гастронома», где сорок лет назад покупали «Докторскую» колбасу по два пятьдесят за килограмм? Конечно, нет. В данном случае используется тот же ход: старое советское - значит проверенное.

В прошлое нас возвращают не только работники общепита, но и сфера красоты и моды. Некоторые швеи, еще лет десять назад позиционирующие себя как дизайнеры, теперь любят называться модистками (устаревшее - портниха). Объясняя это тем, что швей и дизайнеров уж слишком много, другое дело - модистка: свежо, не избито, интригующе. 

Устав от академий, студий, салонов и даже посольств красоты, многие начали открывать именно парикмахерские, а некоторые шагают в далекое прошлое и обозначают их как цирюльни. И что удивительно, даже сотрудники новомодных «барбершопов» по сути своей старые добрые брадобреи.

- Молодежь по незнанию считает барбершопы и работу с опасной бритвой свежей модной тенденцией, а на самом деле этой тенденции, как говорится, сто лет в обед. В семидесятых годах не было никаких «шопов», была обычная парикмахерская, в которой мужчина мог и подстричься, и привести усы, бороду в порядок, - рассказывает парикмахер со стажем Галина Иващук. - Стригли ножницами, а брили той самой опасной бритвой, никто и подумать не мог, чтобы возводить это в ранг сверхъестественных умений и требовать за эти услуги бешеных денег. Сейчас, действительно, единицы берутся за опасную бритву, потому что работать ею гораздо сложнее, чем электрической. И по мне, так все эти «барберы» - обычные парикмахеры. 

Заканчиваем мы свою прогулку по городу на Набережной реки Амур. Она уже совсем другая, не такая, как тридцать-сорок лет назад. Теперь всё уложено тротуарной плиткой, есть парковка для велосипедов, установлена ротонда, аттракционы для детей. Но даже здесь мы нашли маленькую частичку прошлого - советский автомат по продаже газированной воды. Интересно, а вода в нём всё такая же вкусная?

Татьяна ЯМЩИКОВА.